Спрашивается – «Не могла ли наша «оппозиция» позавчера промолчать и не губить окончательно даже намеки на то, что она могла бы иметь право быть оппозицией». Не могла. Это сборище людей годами паразитировало на том, что, ничего не делая, приписывало себе звание оппозиции, которая любой стране нужна. Это сборище не занималось деятельным созиданием, не читало серьезных трудов о благоустройстве мира, не участвовало в судьбе простых людей, а просто что-то выкрикивало с сетях. Этим и ограничивалась вся его деятельность. Не кричать в сетях – равно не быть. Как с этим смириться? Но информационное пространство меняется, оно становится жестче, агрессивнее, зазор между событиями – все уже. Эмоциональный пик событий растет, люди теряют к ним чувствительность. И теперь, чтобы выделиться, чтобы сказать громко, чтобы тебя заметили, надо произнести либо что-то очень важное, либо что-то вопиющее. Важное эта сборище сказать не может по природе своей. Значит, остается только говорить вопиющее. Вопиющее было сказано. Теперь еще надо закрепить за сборищем такую мысль – за каждое слово придется платить. Даже в той же Европе. Она когда-нибудь охолонет и тоже спросит с тех, кто плясал, оскалив в уродливой улыбке зубы, на только что сгоревшем теле.