Я мониторю, когда удаётся, новости и так наткнулась на новое что-то Ренаты Литвиновой. Она читает перевод на русском песни Марлен Дитрих - «Куда делись все цветы» (антивоенную песню). То есть Дитрих поёт в записи, а та со своими ужимками и придыханием ее переводит синхронно. Песню Дитрих все ещё слушают, хотя сколько лет уже прошло. И будут слушать. С переводом Литвиновой этого вообще не надо делать больше секунд десяти. Не потому, что актриса против политики своей страны и не за свою армию, а потому, что все внутри начинает протестовать от соприкосновения настоящего с фальшью. Вот даже голос у Дитрих - он у неё такой, какой есть, просто льётся из неё, где-то грубый, местами некрасивой, но красивый - от того, что такой, какой есть. Из нутра она его достаёт и смягчить, приукрасить, сделать более женственным не пытается. Ей это не надо. А у Литвиновой уже заезженная несовременная одна и та же роль в любом ее возрасте. И в эхе той беды, что происходит восемь уже лет, ее голос - какой-то назойливый комариный звон. Я и когда на Лазареву смотрела, ловила себя на мысли, что меня отвращает от неё не из-за позиции, а потому что уродливо. И с Литвиновой такие же ощущения. А теперь я себя ещё и на другой мысли начинаю ловить - неверность родине и самому себе в самом себе куда-то забирает талант, и человек становится похож на холодную рыбу с затёкшими глазами. Но он это сам понимает, по запаху чует и пытается ещё кривляться, на фоне беды говоря фальшивым голоском