Вчера я была свидетелем такой неправильной ситуации. Депутату народного совета ДНР Елене Шишкиной, с которой я вела в этот момент беседу, позвонил водитель-волонтёр, который вывозит людей из Мариуполя и сообщает, что только что вывез российского журналиста и молодую семью с ребёнком 22 дней. Шишкина тут же позвонила им в гостиницу, куда их определил журналист, и минуты три уговаривала мать везти младенца в больницу, чтобы быть уверенными в том, что ребёнок, находившийся в подвале, здоров. Молодая мать категорически отказалась. Мы с Еленой приехали в гостиницу, чтобы оплатить им горячее питание. Елена позвонила детскому омбудсмену Элеоноре Федоренко сообщила о семье и та прибыла в гостиницу через 10 минут. Тут подходит молодой папа и говорит, что не хочет ехать в ПВР, а журналист им обещал ещё сутки в гостинице. Появляется сам журналист, гордо сообщает, что он работает в Ридовке и собирается сделать объявление о покупке семье новой квартиры. - Где? - спрашивает Шишкина. - В России, - отвечает тот. - Прошу прощения, - говорю я, - а на какую карту вы будете собирать? - Мы решим в редакции, - отвечает тот. - Снова прошу прощения, а вы не видите, что вокруг творится? Сколько голодных людей и животных? Людей, которым нужен просто хлеб? И вы какое право имеете собирать на квартиру в России отдельно взятой семье? Журналист говорит - «А вы кто?». Я говорю - «Член СПЧ. А вы?». «Я журналист. У нас 800 тысяч подписчиков». И эти «восемьсот тысяч» прозвучало как «у нас 800 тысяч душ крепостных». Сегодня Ридовка сделала абсолютно безобразный пост о сборе на квартиру. Когда, ещё раз прошу прощения, у меня сегодня так вырывали из рук хлеб в Волновахе, что они у меня расцарапаны. О какой квартире вообще идёт речь? Хотите и можете помочь, накормите людей, а не устраивайте себе на войне тупой безнравственный пиар. Детский омбудсмен вчера вечером схватила мать и ребёнка и увезла их в больницу. Сегодня семья прошла фильтрацию - благодаря Шишкиной, не журналисту. Добавлю - об этой семье мы узнали случайно, и я не вижу ничего страшного в том, что они пока поживут в ПВР. Хотя бы до тех пор, пока тысячи людей ещё пухнут от голода в подвалах