Я не люблю разговаривать с пленными. Из-за этого ощущения - ты осуществляешь мягкое насилие над несвободным человеком. И, тем не менее, сегодня я говорила. Понимая, что в ответе «Нет» на вопрос - «Вы на возражаете?» - отчётливо слышится нет. Понимая, что со мной могло бы быть рядом с этим человеком при других обстоятельствах. Но я могла бы фотографировать. Я этого не сделала. Я могла бы записывать видео. Я этого не сделала. Я могла бы узнать его имя и фамилию. Но я этого не сделала. Для себя самой - просто хочется сохранить себя и делать необходимую работу с минимальным насилием над другим, кем бы он ни был. Итак в одну из донецких больниц попали украинские контрактники. Тот, с кем я говорила, был зол. Просто так зол - из-за ситуации. Из-за того, где он находится. Из-за того, что приходится отвечать на мои вопросы. Из-за страха. Хотя его прооперировали, кормят, ухаживают. Только по признанию главного врача, удовлетворения от работы, когда он поправится, никто из врачей не получит. Но они сделают для него все необходимое. Да, вот так страшно выглядит война. Этот человек сдался - сразу после признания республик. Несколько часов они прятались в блиндаже от обстрела. Потом, когда они уже решили, что это - их последние минуты - военные ДНР установили с ними голосовую связь, предложили сдаться. Они вышли сдаваться. - А в интернете ваши соотечественники пишут, что вы должны были стоять до конца, - сказала я. - Кому должны? - спросил он. - Кому мы должны умереть? Стране? Политикам? Или моему месячному ребёнку? - Бойцы в интернете хотели бы, чтобы вы стояли до конца и умерли героями. - В интернете? …Ну пусть хотят. - Зачем вы пошли воевать? - Работы не было. - Вы ненавидите? - Кого? - Да вот меня, например. Я - гражданка РФ. - А за что мне вас ненавидеть? …Только и любить мне вас не за что. Я хочу жить спокойно. Как думаете, мы сможем жить спокойно?