Сегодня пришла новость - картину ученицы Малевича на выставке в Ельцин Центре испортил охранник, работавший в Центре первый день. Общественное пространство задалось культурным вопросом - «Вандал или не вандал?». В пользу того, что не совсем вандал робко звучит такое мнение - а, может, охранник, пририсовав картине глаза, просто так ее переосмыслил? Имеют же право нынешние деятели искусства переосмыслять классиков. Почему простой охранник не мог? Но я бы обратила внимание на одно обстоятельство - работал он первый день. Исходя из этого, мы можем допускать, что попав впервые в радиус воздействия искусства, охранник пережил мощный катарсис, а тот в свою очередь пробудил в нем человечность. И тогда пробужденный охранник подарил безглазым героям картины глаза, дал им возможность прозреть, смотреть, видеть. Напомню, что фигуры, изображённые на картине, не имели глаз. Конечно, не всех беспокоит именно культурный вопрос, некоторые заедаются вполне бытовым мещанским - с чего это картина стоит 75 миллионов? Но мы - культурные люди. Мы вернёмся к - «вандал или не вандал?». Почему, к примеру, охранника нельзя провозгласить современным художником? Был же человек, который прибил свои причиндалы к брусчатке. Его назвали художником. А чем охранник хуже? И тут мы утыкаемся в вопрос о роли личности автора. А это уже - дебри. Жизнь сложна. Одни вопросы. Приходится много думать, задавать себе вопросы, искать на них ответы, осмыслять, переосмыслять. И ты тычешься, тычешься в бытие, как слепой котенок. А так порой хочется, чтобы кто-нибудь просто взял и пририсовал тебе глазки