Один из морпехов 155-й бригады, переживший мясорубку под Угледаром, связался с 7x7 и рассказал о гибели сотен сослуживцев, и что «лучше бы я попал в плен и не вернулся». А этот текст — с другой стороны линии огня: Это был хороший, милый дом. Люди его с любовью обустраивали. Много детских игрушек, в шкафу - детские книжки. Ребенку покупали правильные, умные книги. Мифы Древней Греции в адаптированном изложении, детский науч-поп про строение Вселенной, про планеты и звезды. Это было маленькое семейное гнездо. Люди вынуждены были его оставить из-за нашествия убийц на их землю. Как я понял, они поручили родственнице присматривать за квартирой и сдавать ее посуточно, чтобы был какой-то доход семье. Благо, в прифронтовом Краматорске пока есть кому сдать квартиру - к военным приезжают жены, в городе работают журналисты. А потом мы в этом покинутом хозяевами гнезде увидели кота. Открыли дверь в дальнюю спальную комнату и он сидел там на подоконнике. Небольшой, серый, породистый, со специфическими, как бы приплюснутыми ушами. На полу стояли мисочки с сухим кормом и с водой, лоток с древесным наполнителем. Всё было чисто и аккуратно, о коте заботились, регулярно приходили к нему. Но вместе с тем я никогда не видел никого более одинокого, чем этот кот. Он сидел на окне, но всегда смотрел не в него, а на нас. За окном периодически выли сирены воздушной тревоги и бухали далекие прилеты ракет. Серый кот-малыш у окна, на краю обитаемой земли, слушающий гул взрывов. Тем, кто пришел с войной на эту землю не может и не должно быть никакой пощады. С одной стороны — ужас и непонимание, смерть в глазах и никакого ответа. Ни «кто виноват», ни «что делать дальше». С другой — ненависть, и никаких вопросов. Но это ненависть к смерти, вера в победу над ней. Одни идут на смерть, другие сражаются за жизнь. А по середине — война, 355-й день которой уходит по московскому времени. Доброй всем ночи.