Жил да был в Нижнем Новгороде в 18 веке мещанин Василий Баранщиков. Неизвестно, чем прогневил он Всевышнего, но на его долю выпали такие приключения, которым позавидует любой голливудский сценарист. Началось с того, что Василий занял у купцов денег и товаров и отправился на ярмарку в Ростов, чтобы подзаработать, а получилось наоборот — его ограбили. Дальше его ожидали головокружительные приключения: чтобы убежать от кредиторов, он поехал в Петербург, нанялся матросом на корабль, идущий во Францию. Почему-то оказался в Копенгагене. Там его снова обманули, опоили и продали в рабство. Но языковые проблемы новоиспеченного раба не позволили ему качественно выполнять рабские функции, и его продали в другое рабство, на остров с испанским владычеством. Вот испанский язык, как бы мы сейчас сказали, ему зашел. Да и хозяева оказались человечнее. При их протекции Василий устроился на торговый корабль матросом. Но расслабляться было рано. Корабль захватили пираты. Василий подвергся обрезанию и неожиданно для себя принял ислам. Потом ему удалось сбежать, потом также неожиданно для себя жениться и так далее. Причем здесь Латинская Америка? При том, что остров, на котором он оказался после датских приключений, был в Карибском море. Это остров Св. Фомы, как говорили тогда, или Сент-Томас, как называют сейчас. И так получается, что Василий Баранщиков был одним из первых русских, побывавших в Латинской Америке, хоть и против воли. Кстати, он потом книгу издал.