Вообще, покупка больших студий майками выглядит пугающе, когда ты начинаешь вспоминать о практиках Microsoft по созданию искусственных барьеров для игры на других платформах. DirectX, Windows Store, теперь Game Pass — все они напрямую закрыты в экосистеме Xbox и Windows. Что произойдет через пару лет, когда руководство, давшее Филу Спенсеру относительную свободу ради вытаскивания игрового подразделения компании со дна, обнаружит себя в позиции одного из главных акторов в геймдеве? Вопрос, конечно, риторический. Кто-то думает, что компания магическим образом не станет эксплуатировать свою лидирующую позицию на рынке, чтобы разбираться с конкурентами? Конкурентами необязательно должны выступать другие корпорации — это может быть тот же самый опенсорсный Linux, который очень любит Valve. Тут можно если и не убить, так ранить сразу двух зайцев одним выстрелом. Наивно предполагать, что у Microsoft изменился моральный компас. Тем более, что в прошлом году уже был oopsie-момент с попыткой гейтинга фичей .net за новой версией Visual Studio. Легко делать популистские решения, когда твое игровое подразделение проиграло в прошлом поколении консолей — тебе надо отыгрывать позиции на рынке. Но повестка может постепенно поменяться, когда в руках окажется огромное количество власти. И плохие вещи не всегда происходят за один день. Игровая индустрия монополизируется с чудовищной скоростью, и это ожидаемый исход — все-таки игры перешли из ниши в мейнстрим уже как много лет, и здесь стали водиться огромные деньги. Это было бы не так страшно, если бы игры, как кино или книги, не были мощно завязаны на экосистемах (ОС, железо, магазины приложений). Все успели позабыть про «Embrace, extend and extinguish»? Давайте понемногу вспоминать. Потому что единственный способ у коммьюнити не дать Microsoft сделать что-то плохое — это перестать скатываться в слепое фанбойство и требовать от корпорации быть ответственной за свои поступки.