Видели же, что в стенах Киево-Могилянки запретили говорить по-русски. Не преподавать, а именно запрет всем пользоваться русским. Об этом у себя в ФБ сообщил Геннадий Зубко. При этом подслушивать и карать студентов не будут — сказал президент вуза Сергей Квит. Но в этой истории есть кое-что интересное: В университете отделили норму о запрете русского языка от образовательного процесса и научных исследований. В частности, в случае необходимости разрешается использовать в работах уникальные научные источники на русском языке. «Если они действительно уникальны, то можно использовать, если нет аналогов на украинском или английском», — отметил  Квит. Кроме того, в вузе считают приемлемым использование русскоязычных источников для изучения современных процессов в РФ и её политике. Почему же на русском говорить нельзя, а пользоваться исследованиями на русском можно? А все очень просто. Украинский — в техническом, исследовательском плане не совершенен, я это как переводчик китайского языка почувствовал на себе. Если нужно было делать перевод на украинский язык — научно-технической терминологии было всегда недостаточно, я столкнулся с тем, что в украинском языке, в отличие от русского и китайского, просто не существует слов, нет исследований по тем или иным темам. И нужно использовать русизмы и англицизмы. Вот и ответ на эти двойные стандарты: почему общаться на русском опасно в стенах вуза, а заниматься исследованиям - нет. А самое главное, хотелось бы отметить, кто настоящий оккупант. Если власти приходится запрещать людям говорить на родном для них языке — значит оккупант здесь только один. Именна эта украинская власть.