Интересные факты о русских писателях и их произведениях:
За роман «Преступление и наказание» Достоевский получил неплохие деньги, но чтобы их не отобрали кредиторы он на 4 года уехал за границу.
Прототипом Анны Карениной Толстого была старшая дочь Пушкина Мария.
Чехов использовал свыше 50 псевдонимов, которыми он обычно подписывал свои юмористические произведения, публикуемые в журналах. В том числе такие: Брат моего брата, Гайка № 6, Граф Черномордик, Дон Антонио Чехонте, Прозаический поэт, Человек без селезёнки, Шампанский, Шиллер Шекспирович Гёте, Архип Индейкин. До сих пор псевдонимы раскрыты не полностью, поскольку и сам Чехов при подготовке собрания сочинений не мог припомнить принадлежности всех своих ранних рассказов.
Некрасов сильно разбогател благодаря карточным играм. Один только будущий министр финансов Александр Абаза проиграл ему более миллиона франков. И это не единственный его крупный
выигрыш.
Молодой Горький намеревался организовать среди крестьян земледельческую колонию толстовского типа. Составил коллективное письмо и хотел встретиться с Толстым. Однако Толстой (к которому тогда шло множество ходаков) его не принял, и Горький вернулся ни с чем в Нижний Новгород в вагоне с надписью «для скота».
В пушкинской «Сказке о царе Салтане» есть только одно трижды повторяющееся слово, содержащее букву Ф – флот. Поэт старался использовать слова русского происхождения, тогда как буква Ф встречается в основном в заимствованиях. В "Полтаве" буква Ф присутствует в двух словах.
Стрекоза в басне Крылова «Стрекоза и муравей» это на самом деле кузнечик. Стрекозами в ту пору называли насекомых нескольких видов, и речь в басне шла именно о кузнечике.
Имя Светлана впервые появилось в 1802 году в поэме А.Х. Востокова «Светлана и Мстислав». Тогда модно было называть литературных героев псевдорусскими именами. Так появились Добрада, Прията, Милослава и проч.
Когда Аркадий Аверченко во время Первой мировой принес в редакцию рассказ на военную тему, цензор вычеркнул из него фразу: «Небо синее было». Якобы, по этим словам противник мог догадаться, что действие происходит на юге, и раскрыть расположение русских войск.
Толстой скептически относился к некоторым своим произведениям, в частности к «Войне и миру». В 1871 г. он писал Фету: «Как я счастлив… что писать дребедени многословной вроде «Войны» я больше никогда не стану».