⚡️Авторский коллектив холдинга «Минченко консалтинг» (Евгений Минченко, Юлиан Баландин, Кирилл Петров и Александр Зотин) подготовил доклад по антикризисным стратегиям глав российских регионов в 2022 году. В документе отмечено, что начало СВО, санкции запада и объявление частичной мобилизации существенно переформатировали политический и экономический подтексты управления в субъектах РФ. ‼️Перед главами регионов появилась целая плеяда вызовов: 🔻крайне высокая неопределенность и волатильность социально-психологических настроений; 🔻нехватка ресурсов для формирования «бюджета развития», так как в большинстве регионов львиные доли местных бюджетов приходится направлять на базовые социальные статьи расходов (образование, медицина и т.п.), сложнее вкладываться в инновационные проекты; 🔻нарастание рисков внутриэлитных противоречий, поскольку сокращение экономической ренты неизбежно обострит конкуренцию за бюджетные подряды и субсидии между региональными группами интересов; 🔻кризис урбанистики, то есть проектов по благоустройству, что позволяло главам регионов привлечь на свою сторону городской электорат. ⁉️Возникает логичный вопрос: как российские губернаторы в 2022 году отвечали на возникшие вызовы: ✅смена имиджевого позиционирования, при котором главам регионов пришлось напрямую идти на контакт с народом (мэр Москвы Собянин сделал ставку на стабильность в инфраструктурных проектах, глава Санкт-Петербурга  Беглов взял на себя ответственность за помощь в восстановлении Мариуполя, белгородский глава  Гладков лично выезжает на места обстрелов); ✅искали новые каналы коммуникации – при блокировке западных сервисов главы российских регионов массово переместились в telegram (у того же Гладкова сейчас аудитория насчитывает более 300 тыс подписчиков); ✅создавали специальные антикризисные штабы, в которых губернаторы могут согласовывать оперативные решения с местными силовиками – такие структуры хорошо показали себя во время пандемии коронавируса, и теперь их взяли на вооружение (губернатор Челябинской области Текслер создал сразу шесть оперштабов под руководством профильных заместителей); ✅ставили вопросы об экономических трансформациях своих регионов – здесь видно два пути: ✔️создавали новые экономические ниши добавленной стоимости (например, в Якутии, которой управляет Айсен Николаев, напомнили федералам о лидирующих позициях республики в дальневосточном IT-кластере или калужский Шапша, предложивший в качестве федеральной меры поддержки распространить промышленную ипотеку на строительство новых производств); ✔️поворачивались на Восток (губернатор Томской области  Мазур попросил поддержку президента Владимира Путина в вопросах расширения межвузовского кампуса и строительства третьего моста в Томске, который упростит взаимодействие с азиатскими странами). ♻️Еще в докладе отмечается несколько уровней регионального управления после присоединения новых территорий и введения разных форматов военного положения: 1️⃣первый уровень – военно-гражданские администрации на новых территориях; 2️⃣второй – мэрия Москвы как законодатель моды в управленческих практиках; 3️⃣третий – регионы с широким пулом мобилизационных полномочий (Крым, Севастополь, Краснодарский край, Белгородская, Воронежская, Курская, Ростовская области), так губернатор Ростовской области Василий Голубев предложил создать макрорегион «Донбасс», при этом регион позиционируется как «логистический хаб» гуманитарной помощи и волонтеров; 4️⃣четвертый – регионы центральной России и юга, где губернаторы могут директивно усиливать защиту отдельных объектов инфраструктуры; 5️⃣пятый – дальневосточные регионы, развитие которых выведено в отдельный политико-бюрократический контур в целях экономического стимулирования в рамках «поворота на Восток». 📈У российских губернаторов появилось несколько рычагов управления. Они возглавили призывные комиссии по частичной мобилизации, сформировали штабы с участием силовиков, отряды территориальной обороны охраны объектов критической инфраструктуры. 📉Вместе с тем, новые полномочия глав регионов усилили и их ответственность. @Gubery