Перегруженная сверхдержава Первый год президентства Джо Байдена закончился так же, как и начался, когда Соединенные Штаты столкнулись с кризисами на нескольких фронтах. Весной 2021 года в Восточной Европе и западной части Тихого океана возникли одновременные опасения по поводу войны из-за китайской кампании по запугиванию Тайваня и наращивания российской военной мощи на границе с Украиной. В начале 2022 года мир не был спокойнее. Угрожающие маневры Китая вблизи Тайваня продолжались. Президент России Владимир Путин, мобилизовав еще большие силы вблизи Украины, угрожал развязать крупнейшую за последние десятилетия войну в Европе. Тем временем Тегеран и Вашингтон ожидали возобновления кризиса из-за ядерной программы Ирана и его стремления к региональному превосходству. Быть глобальной сверхдержавой означает никогда не позволять себе роскошь концентрироваться только на чем-то одном. Соединенные Штаты – перегруженный гегемон, чья оборонная стратегия вышла из равновесия с внешней политикой, которую он поддерживает. Первый год правления Байдена уже показал, как трудно управлять непокорным миром, когда у Вашингтона больше обязанностей и больше врагов, чем средств принуждения. В более долгосрочной перспективе сверхдержава, которая не выполняет свои обязательства в соответствии со своими возможностями, может заплатить еще более высокую цену. Азия прежде всего Первоначальная теория внешней политики Байдена была простой: не позволяйте меньшим проблемам отвлекать от больших. Во временной стратегии национальной безопасности Байдена утверждалось, что из всех угроз, с которыми сталкивается Вашингтон, Китай «является единственным конкурентом», способным «бросить постоянный вызов стабильной и открытой международной системе». Эта проблема усугубилась по мере того, как Китай активизировал свои усилия по изменению баланса сил в Азии. Новая оборонная стратегия Байдена имеет аналогичную направленность. Администрация Трампа внесла существенные изменения в военное планирование США, утверждая, что Пентагон должен неустанно готовиться к конфликту против вызова великой державы, особенно со стороны Китая, даже несмотря на то, что это означало принятие большего риска в других регионах. Пентагон при Байдене также провел 2021 год, сосредоточившись на том, как сдержать или свести на нет китайскую агрессию, выводя с Ближнего Востока дефицитные активы, такие как батареи противоракетной обороны, и делая долгосрочные бюджетные инвестиции, предназначенные для того, чтобы «уделить первоочередное внимание Китаю и его военной модернизации в качестве нашей основной задачи». Проблемы повсюду Байден, несомненно, прав в том, что китайский вызов затмевает все остальные, несмотря на неразрешенные дебаты в Вашингтоне о том, когда именно этот вызов станет наиболее серьезным. Его администрация предприняла важные шаги в китайско-американском соперничестве в течение первого года своего существования, расширив многостороннее военное планирование и учения в западной части Тихого океана, сосредоточив внимание таких организаций, как НАТО и G7, на воинственности Пекина и запустив партнерство AUKUS с Австралией, США и Соединенным Королевством. Тем не менее, Байден не получил подобия передышки на других фронтах. Иран занял жесткую позицию в переговорах о возрождении ядерной сделки, неуклонно сокращая время, необходимое для производства потенциального оружия. Путин, со своей стороны, санкционировал или, по крайней мере, разрешил масштабные кибератаки на критическую инфраструктуру в Соединенных Штатах. Чтобы сохранить мир, Москва потребовала признать российскую сферу влияния и сократить военное присутствие НАТО в Восточной Европе. Больше с меньшими затратами Сталкиваться с проблемами на многих фронтах – обычное дело для мировой державы. Внешняя политика США и подкрепляющая ее оборонная стратегия уже давно разрабатываются с учетом этой проблемы. По сути, они обязались поддерживать большие и боеспособные вооруженные силы, чтобы вести две серьезные войны в разных регионах примерно в одно и то же время. Читать статью