DIY институты: как построить европейскую Россию по обе стороны новой стены и сохранить надежду на будущее   Кирилл Мартынов, редактор отдела политики "Новой газеты", сооснователь Свободного университета на конференции «Российские реалии»:   Я буду говорить о том, что можно делать прямо сейчас. К примеру, у издателей перспективы не слишком блестящие. Если сотрудничаешь с государством, рискуешь разделить судьбу ректора Зуева, а если берешь деньги у иностранцев – ты уже инагент. Куда податься? Но ведь была, например, ИМКА-Пресс. Вы в Праге, Париже или Берлине, и начинающие все с нуля. Но почему мы не можем сделать русскоязычное издательство, зарегистрированное в Европе, не находясь там физически? Этому ничто не мешает. Мы можем издавать переводные книги на русском языке на территории ЕС. Но это почему-то не приходит в голову.   Мы предполагаем, что делая свою работу экстерриториально, ты становишься заложником диаспоры, отрываешься от корней и тд. Это уже не так. Таким проектам сложно помешать. В списке кандидатов на премия Пятигорского было пять десятков позиций, и все они никак не связаны с государством. Государственное идеологическое производство практически равно нулю, интеллектуального влияния государство на нас не оказывает (в отличие от силового).   Полагаю, мы уже с 2014 попали в ситуацию разделенной Европы. Стена упала в 1989, но снова восстановлена и проходит намного восточнее, по границам ДНР, Беларуси и тд. Выезд все еще полусвободный, но твоя физическая безопасность и перспективы зависит от того, по какую сторону стены ты находишься.   Второй важный фактор – у нас уже другая социальность, она сильно отличается от 1970-х или 1930-х. Наше общество уже не индустриальное и не аграрное. Это высокоурбанизированное общество, близкое к не самым богатым европейским странам. «У России 3 пути – вебкам, закладки и IT». Люди живут временными заработками, это прекариат. Молодежь широко мигрирует в направлении Петербурга и Москвы и осмысляет социальную иерархию в терминах IT (junior, senior, leader). Наложить старые схемы социальности на то, что происходит в обществе, невозможно.   Наши власти вдохновляются уходящим образом СССР, когда они были молодыми. Воссоздание потерянного «райского ЦК», где впереди и позади комсомольская стройка. Эстетика власти окаменевает. Мы вслед за властью слишком поверили, что воссоздание СССР возможно всерьез. Творятся отвратительные вещи, но это повторение пройденного в других социальных и технологических условиях. Возродить ХХ век уже невозможно.   Вилли Брандт в свое время сделал немыслимую ставку на нормализацию отношений с ГДР поверх Берлинской стены. Исторически он играл вдолгую, выстраивал культурные институты и оказался прав. Разделенная Европа закончилась. Сейчас похожая ситуация: нет разделенной страны, но есть разделенное общество, часть которого находится вне России. К счастью, у нас есть союзники, - например, Германия. Это позволяет строить культурные и образовательные институты, которые едва ли может остановить российская власть.   Нужно переосмыслить понятие иммиграции. Общество больше не аграрное и не индустриальное, поэтому не столь важно, где ты находишься. Времена Герцена и Солженицына прошли. Нет причин, почему вы, находясь за границей, не можете полноценно участвовать в здешней жизни. Нужно политическое воображение – новый статус для политических иммигрантов и их включение в политическую жизнь. Мы можем попытаться в нынешних опасных условиях придумать проекты экстерриториальной европейской России – конгломерат издательств, медиа, образовательных и культурных институтов и т.д., исходящих из того, что когда-нибудь стена падет, и Россия вернется в свой европейский статус. Сейчас – хорошее время создавать институты. Если ты не создашь институт, за тебя этого никто не сделает.