Читая Левкина (9): сферическая демократическая процедура в вакууме, политики не случилось Нашу попытку бунта 2011/12 Левкин воспринял очень критически: "никакой защиты своего кандидата (в силу отсутствия оных), только общий подход вроде требований пересчета или идеи второго тура. То есть, вторичные детали при отсутствии конкретного смысла - совсем чтобы конкретного - этих требований. Получилась интересная штука, гражданская активность желала некую процедуру в чистом космосе. Этакая сферическая демократическая процедура в вакууме (в отсутствии представленных политических интересов)". Требование честных выборов сыграть не могло, пишет Левкин: "Вот эти фальсификации, нарушения, прочие варианты использования админресурса. Там же не в том пафос, чтобы накидать больше процентов и сделать это незаметнее. Наоборот, демонстрация админресурса и есть главный смысл выборов для власти: они демонстрируют ресурсы именно затем, чтобы сообщить, что они по-прежнему власть. Дадут команду - будет выполнена, даже с избыточным старанием. На выборах они показывают не какие-то голоса, а факт управления. Больше нарушений - больше доказательств того, что власть управляет, будет управлять и все построятся". Протест - это "образовательная программа, [которая] имела отношение к общечеловеческой теории, а не к местной практике. Что делать с этим приобретенным опытом"? Левкину было вполне понятно, что протест обречен: "Что ли элиты покидают свои места во власти и идут в несистемную оппозицию? Много-много Кудриных, только еще не ушедших в отставку и не в позиции наблюдателя-посредника, а прямо так: "возьмите меня к себе, я вам пригожусь на рабочем месте" - в адрес Оргкомитета митингов "За честные выборы", или куда еще они идут? Не к Удальцову же". Никакой "компромисс" между оппозицией и властью тогда не был возможен. "Даже приблизительно непонятно, в каком именно месте (относительно власти) возникнет такая потенциально перспективная дыра, что в нее потекут все, у кого ушки на макушке. Но, в любом случае, это все не прямо сейчас - не могут же неизвестно как насчитанные два-три процента туда-сюда запустить реальный процесс". Левкин рассуждал логичнее многих оппозиционеров (нас): "есть группа лиц, которая реализует структуру власти, конкретно управляя ресурсами (здесь можно обойтись без эпитетов "нелегитимно", в данном случае это лишний нюанс). Ну да, это, видимо, и есть те граждане, которые являются вертикалью вертикали. То есть, они существуют и существуют именно в этом системном качестве. От того, что за силы [им противостоят], зависит то, какие изменения системы возможны. Можно ли, скажем, считать, что за 12 лет возникли новые группы лиц – пусть не по политике и управлению, а чисто по деньгам? Учитывая, как устроена вся эта вертикаль управления, им там места нет - там вообще нет вакансий, тем более - групповых, потому что она же устроена и стоит как акробатическая пирамида. Если групповых вакансий нет, то конфликт вполне понятен. Они, условно новые деньги, в систему не включены. Что-то не видно их представителей в элитах". И им нужен не компромисс с властью, а демократические процедуры, чтобы отстаивать интересы своей группы. Но такой возможности не имелось. Или, как Левкин написал здесь, "Выражаясь романтически, окна возможностей существуют. Но - норовят закрыться обратно. Не чьей-то хозяйственной волей, сами собой едут назад". Протест, например, не мешал оппозиционным деятелям тогда же получать правительственные премии: "тут мы не играем, а вот тут – уже играем; это считается, а то – нет. Все отношения срастаются обратно, а возможности, которые дает "взрыв", будут реализованы в частном порядке. Разумеется, здесь кстати уверенность в своей "самой гигиеничности", что бы это словосочетание ни значило: видимо, они все всегда во всем белом, как еще. И, разумеется, нет проблемы объяснить любое свое действие через презумпцию такой стерильности. ".