Маргарита Завадская. Политическое участие мигрантов из России: интеграция или политизация   на конференции "Российские реалии":   Политический и гражданский активизм в контексте эмиграции после начала войны сильно пересекаются. Эмигрантское сообщество сыграло большую роль в нациестроительстве множества стран. Поэтому исследовать эмиграцию очень важно. Мы хотели узнать, кто уехал, и как они отличаются от оставшихся; временно или навсегда они уехали; как и почему изменился формат политического активизма; почему россияне остаются политически вовлеченными и после эмиграции (обычно для эмигрантов это не характерно).   Мы опираемся на панельный опрос и интервью, но не знаем, какова генеральная совокупность уехавших. Выборка может быть скошена в сторону более молодых и оппозиционных людей. 2300 интервью через 60 разных каналов и чатов, 2 волны панельного опроса (март-апрель и сентябрь 2022, до мобилизации).   Уехали наиболее ресурсные люди – более образованные, богатые, младше (оставшихся в среднем: медианный возраст 32 против 46 у оставшихся). Это более свободные и мобильные люди (ниже доля имеющих детей и находящихся в браке). Больше всех выехали в Турцию, Грузию, Армению, другие страны, не требующие виз. Многие не собираются рвать связи с Россией, что нетипично для предыдущих волн российской эмиграции.   45% респондентов – IT, в науке и образовании работают почти 14% респондентов, искусство и культура – 16%, в медиа – 8%. Большинство очень часто разговаривают со своими родственниками в России, мысленно продолжая жить там, а не в стране, где находятся.   Многие из эмигрантов-2022 участвовали в политическом активизме в России, поддерживали НКО. После отъезда они в основном продолжили это делать, меньше участвуя в протестных акциях, но добавив к прежним активностям помощь украинским беженцам и российским эмигрантам. Волонтерство и донаты – основные формы вовлечения.   Активнее всего российские эмигранты в Германии. Тут может играть роль самоотбор и визовая политика. Здесь у эмигрантов больше возможностей. Основные факторы политического участия на новом месте: мужчины реже вовлекаются в гражданскую активность, чем женщины (в т.ч. в помощь украинцам). IT-специалисты редко участвуют в донатах. Те, кто испытал репрессии на своей шкуре, остаются более политически активными и после эмиграции. Давление вызывает не «уход в свою нору», а попытку реализовать свой потенциал.   Есть сценарии, при которых эмигранты могут сыграть позитивную роль в изменениях в своей родной стране. Для этого нужно поддерживать постоянную связь с оставшимся. Во-вторых, уехавшие должны сталкиваться с минимальным числом препятствий для своей деятельности. Наконец, страны, где находятся эмигранты, должны быть либеральными демократиями, допускать возможность создания политических организаций в странах, где оказались эмигранты. Это ингредиенты возможности влияния эмигрантов на ситуацию в стране исхода.   С препятствиями в организации коллективных действий, с коммуникативными сложностями сталкиваемся не только мы, но и эмигранты из Сирии, Ирана и тд. Успешный кейс: украинская диаспора сделала огромный вклад в медийность того, что происходит во время войны и помощь Украине.