Владислав Иноземцев. Ночь простоять и день продержаться: российская попытка 'пережить' санкции и к чему она может привести   на конференции "Российские реалии":   Российское руководство не ожидало санкций, которые были введены. Основной расчет заключался в том, что они будут введены не сразу и ненадолго. Санкции действительно принимались и вводились в действие долго. Если бы война принесла РФ быстрый успех, это дало бы Кремлю возможность разговаривать с Западом с других позиций.   Российские власти сейчас сосредоточены на очень краткосрочных задачах: запасы прочности без запчастей у самолетов, строительной техники и тд не слишком велики. Поэтому надо просто переждать, считают российские власти. Вдобавок они были уверены, что Европа не сможет отказаться от российских энергоресурсов. Это был неверный расчет.   Мобилизация и эмиграция нанесли экономике гигантский ущерб. Было наивно предполагать, что санкции могут изменить политическое поведение России. Российская экономика может рухнуть, но желание Путина последними патронами стрелять по украинской территории от этого не исчезнет. Санкции не уничтожат федеральный бюджет и не лишат правительство возможности финансировать военные расходы. Есть и резервы, и возможность заимствований.   Действие санкций будет постепенно усиливаться. Перспектив экономического развития и даже восстановительного роста пока не видно. Санкции ударяют не в момент своего объявления, а через некоторое время после того, как они введены в силу. Тактика «подождем, а там посмотрим» (и в военной, и в экономической сфере), оказывается губительной. Действия экономических ведомств дублируют эту логику.   Скорее всего, мы увидим ускорение экономического спада. Пока население ощущает его не очень сильно. Потребительский рынок жив, инфляция умеренная, курс рубля вырос, границы по-прежнему открыты – экономика продолжает работать. Кризис виден только в глубине – удар нанесен по производящему сектору (приходится снижать качество, искать новых поставщиков).   А на поверхности большие выплаты «героям» и жертвам войны, перевозка мобилизованных различным транспортом через всю страну – в статистике все это отражается как прирост ВВП. Поэтому реальный сектор скукоживается намного сильнее, чем это отражается в официальной статистике. А власти будут до последнего надеяться, что «нас пронесет, и все образуется». Но добиться таких масштабов военного производства, как в СССР при переходе к мобилизационной экономике, не удастся. Для этого нет ни кадров, ни ресурсов.