Николай Эппле очень хорошо написал о Руанде: Прочел книгу Ивана Кривушина «Сто дней во власти безумия», про Геноцид в Руанде весной-летом 1994 года. Много всего читал про Руанду, но тут все собрано вместе и концентрированно. Возможно, это самое тяжелое, что мне когда-либо приходилось читать в жизни. Конспективно запишу важные вещи. (Меня история геноцида интересует прежде всего процессами работы с последствиями, но нельзя же заниматься последствиями событий, не ознакомившись с самими событиями.) Сначала эмоциональный момент, несущественный, но тем не менее. Это сильно действует как база для сравнения. Дада, это ужасный аргумент, сравнивать трагедии бессмысленно и отчасти бесчеловечно, каждая трагедия несравнима, но («BUT» - broken water dam meme). И когда мы, наблюдая какую-нибудь очередную новость российской политики, привычно восклицаем, что вот мол «дна нет» - не надо рассуждать про дна-нет, не почитав про Руанду (а также Либерию и тд и тп). Чего стоит известная история Полин Ньирамасухуко, женщины-министра по делам семьи и поддержки женщин, которая, выступая перед собирающимися отправляться на дело интерахамве (отрядами народного ополчения хуту, основными исполнителями резни тутси), призвала их «прежде чем убить женщин, изнасиловать их», а в другом эпизоде она привезла для интерахамве в своей машине бензин, чтобы облить им женщин тутси и сжечь. Министр по делам семьи и поддержки женщин! Ну или когда интерахамве резали стариков, детей и младенцев и беременных женщин, потом делали перерыв на молитву (ну все же добропорядочные христиане, нельзя не помолиться), а потом продолжали дальше. Есть еще вопросы про дно? Про церковь вообще много жутких историй. Руанда одна из наиболее христианизированных стран Африки, с большим перевесом католиков (уж не знаю, что это говорит про христианство). И церковные структуры там были довольно сильно интегрированы с государством. Ну и когда все началось самостоятельности у церкви и ее деятелей было довольно мало и все раскололось по этническому признаку - христиане хуту, в том числе клир, вели себя как ауту, то есть резали тутси. Церкви традиционно были местом неприкосновенным, где жертвы резни искали убежища в больших количествах. Но в этот раз все барьеры были сломаны и как раз в церквях и монастырях происходили самые кровавые расправы и происходили. И был например эпизод, когда священник-ауту сам сел в бульдозер и сравнял с землей храм, где прятались его единоверцы. И да, когда все закончилось, начался очень заметный уход верующих из католической церкви в первую очередь и в меньшей степени из протестантской - в пользу пятидесятников, а также очень заметно выросло число мусульман (имамы довольно последовательно пытались противостоять резне и отказывались проводить различие по племенному признаку). Пример Руанды очень ярко показывает, как велика роль власти в высвобождении самых низменных страстей у народа. Человек конечно существо слабое и грешное, но он по природе же склонен слушаться старших - начальство, власти, законов. И когда все эти структуры говорят ему «можно» - вот тогда человек, а тем более человеческая масса превращается в настоящих демонов. То есть у власти и политиков есть ни с чем несопоставимые возможности для превращения человека в чудовище. Причем, это там тоже очень ярко видно, для этого власти совсем не обязательно призывать резал и насиловать (это могут сделать СМИ), власти достаточно промолчать в ответ на просьбу прокомментировать преступный эпизод, или высказаться неопределенно. Это мгновенно и однозначно считывается как санкция на продолжение и усугубление беззакония. К слову о многолетних комментариях власти и конкретно президента «это не наша компетенция, идите в суд» - вот ровно так выглядит санкционирование преступления и ровно это юридически расценивается как соучастие в них. Кейс Руанды - ярчайшая иллюстрация роли пропаганды в подготовке насилия и раскручивали его маховика.