Иван Курилла, историк-американист, профессор факультета политических наук Европейского университета в Санкт-Петербурге, на организованной нашим тг-каналом дискуссий рассказал о влиянии истории на принятие политических решений, трансформации российско-украинских отношений и о ригидности системы международных отношений. История оказывается легитимирующим фактором для принятия политических решений. Но она не является их причиной. Использование истории в политике, особенно в критических случаях - это использование прошлого как аргумента, который может оправдать то, для чего очень трудно найти какие-то другие аргументы сегодня. Политик, конечно, может говорить, что он вводит войска именно из-за чего-то что было в прошлом. Он даже может в это верить. Но, как правило, процесс выглядит по-другому. Существуют другие факторы и причины для принятия политического решения. А когда это решение созревает, к нему подтягивают нарратив о прошлом. Например, рассказ о прошлом России и Украины может быть отличным от того, который мы видим сегодня. Был выбран нарратив, который легитимирует конфликт именно потому, что конфликт уже состоялся в политических решениях. Вообще, в истории любых стран есть такие моменты, которые могут привести в окопы.   Российско-украинские отношения на протяжении XIX, ХХ и ХХI века менялись. В этот период развивалось и российское и украинское самосознание. В XIX веке существовал протопроект большой российской нации. Значительная часть украинцев в нем участвовала. Отдельное украинское самосознание начало развиваться с середины  XIX века с Костомарова и разных кружков и обществ. Во время распада Российской империи выходят на первый план такие интеллектуалы, как Грушевский, и появляется серьезная заявка на украинскую государственность. Отношение России в середине XIX века к украинскому национальному самосознанию и в ХХI веке совершенно разные. Сегодняшнее отношение к Украине можно сравнивать с отношением России к Польше в XIX веке. Царское, советское и нынешнее руководство России считало и считает, что близлежащие славянские страны должны быть подчинены, быть младшими братьями и слушаться.  Путин сказал, что продолжает дело Петра I. В школьных учебниках он представляется правителем, который решил вековые задачи России и открыл путь к морю. Однако про него можно говорить как и о правителе, который Россию сделал европейской державой. Правда, в этом году об этом говорить не модно. Получается, что и сегодня прокладывание путей к морям является важной политической задачей. Это скорее антиисторическое мышление, когда кажется, что преемственность задач на протяжении веков не должна меняться.        До начала 1960-х никто всерьез не считал, что малые нации равны большим, что они имеют такие же права. ООН и ее функционирование повлияло на изменения правил игры и на представление о том, что у каждой нации есть право голоса. Представление, что нельзя смотреть на соседей как на сферу влияния, очень долго приживалось. И не уверен, что такое представление сейчас доминирует. У многих крупных держав есть особые отношения к странам, которые раньше были их колониями. Например, французы считают, что их бывшие колонии в Африке - это их особая зона ответственности. Такими аналогиями я не хочу оправдать Россию, не считаю, что она сегодня действует также, как и другие страны. Но надо признать, что существуют державы, у которых есть зоны ответственности, и это не ушло в прошлое. Хотя об этом уже стало стыдно говорить. Система международных отношений очень ригидна. Само существование Совета Безопасности или клуба ядерных держав говорит о том, что некоторые более равны, чем другие.  Почему формирование гражданского общества в России идет медленными темпами, смотрите в полной версии нашей дискуссии