Написал для "Новой" о А.Л.Кононове, вспомнив свое общение с ним в середине 2000-х и в 2017-м, когда Сахаровский центр организовал обсуждение изданного тогда сборника его "особых мнений": Рыцарь правового сопротивления Памяти Анатолия Кононова — человека, упорно называющего белое белым Несколько фрагментов: 15 августа не стало Анатолия Кононова, судьи Конституционного суда в отставке. Он сыграл ключевую роль в движении конституционно-правового сопротивления, в проигранной попытке не допустить реставрации диктатуры, реванша спецслужб и в конечном счете — войны. В этом движении сопротивления Кононов, соавтор (с Сергеем Ковалевым и Арсением Рогинским) знаменитого закона о жертвах политических репрессий участвовал 20 лет. Всеми своими «особыми мнениями» (позициями, когда решения КС не совпадали с его доводами) Кононов защищал права и свободы как высшую ценность, как прирожденные и неотчуждаемые, как основу справедливости. В отличие от большинства коллег по КС, его заботил не «баланс частных и публичных интересов» (решаемый в пользу государства), не интересы государства и узурпаторов власти, а защита свободы и гуманитарных ценностей. ..... Разногласие Кононова с коллегами по КС, как говорил он сам, было базовым — в понимании права. Для них характерно позитивистское понимание (право = совокупность действующих законов), а он придерживался концепции естественного права, понимая его как совокупность высших принципов свободы, равенства и справедливости. Это ценностное различие. Понимая право как совокупность законов, юрист неизбежно подпадает под обаяние государства, которое эти законы принимает («законы издаются государством, а значит, права людям предоставляет оно же»). Кононов от этого обольщения был совершенно избавлен. ...... Кононов прямо о необходимости люстрации не писал, но логично, что это было бы следующим шагом после признания советских преступлений преступлениями. Это судья предлагал сделать очень четко, и возможно, это стало бы барьером для возврата к диктатуре: Абсолютное беззаконие и произвол, творимые КПСС многие десятилетия, немыслимо тяжкие последствия ее деятельности, особая общественная опасность нарушения всех прямых конституционных запретов […], позволяют квалифицировать эту организацию как преступную. В данном случае это понятие рассматривается нами как разновидность антиконституционности, поскольку Конституционный Суд не может выйти за рамки заявленного ходатайства. Однако на основании названных норм международного права ряд деяний КПСС подпадает под нормы о геноциде, военных преступлениях и преступлениях против мира и человечности. Действительно, преступления советского времени так и не были названы преступлениями, что помогло реанимации диктаторского режима. Фактически Кононов тогда предложил осудить советские преступления, как это было после II Мировой войны сделано в Германии. Его текст — прообраз того, как можно было осудить авторов 70 лет преступного советского режима. ........ Только Кононов и Ярославцев в 2005 году осмелились написать особые мнения по делу ЮКОСа. Судья назвал абсурдным аргумент КС, что налогоплательщик может воспрепятствовать системе государственного принуждения, и это повод не соблюдать в его деле срок давности: Как можно противостоять людям в масках и с автоматами? Какие вообще могут быть уважительные причины пропуска налоговым органом срока давности при всей полноте его власти? ....... После отставки Кононов, как он говорил, занимался уже не правом, а газоном. Было очевидно, что мы проиграли. КС не воспрепятствовал ренессансу авторитаризма, хотя много раз должен был это сделать, отмечает специалист по конституционному праву Илья Шаблинский. Кононов сделал все, что мог.