Разговор на "Свободе" с Сергеем Медведевым, Дмитрием Орешкиным и Глебом Павловским (еще июньский) про глобальную изоляцию России - в экономике, образовании, науке. Еще в "Свободе" - замечательная беседа Михаила Эпштейна с Александром Генисом. Несколько цитат из нее: Онтоцид, убиение бытия, геноцид и экоцид – убиение народа и природы, жизненной среды, что тоже сейчас происходит в Украине. Тактика выжженной земли иногда проводится отступающей армией, чтобы не дать возможности агрессору использовать захваченные ресурсы. Но и такая тактика запрещена международными нормами ведения войны. А в данном случае тактика выжженной земли применяется нападающей армией, которая маниакально опустошает украинскую территорию как таковую, превращает в руины целые города. Это противоречит не только международному праву, но и прагматике войны. Даже нацистская Германия старалась не разрушать больше того, что было необходимо для военной победы, чтобы впоследствии оккупировать эти земли с пользой для дальнейшего развития. Нынешний агрессор превосходит рекорды фашизма середины ХХ века по деструктивности военных действий. Политические цели трудно понять в отрыве от некоторых метафизических интуиций. Мне кажется, есть несколько предпосылок, которые приводят современную российскую власть в состояние одержимости, включающей возможность уничтожения человечества. Первая – это уникальное богатство и ощущение вседозволенности, которое эта власть приобрела за два предыдущих десятилетия. Известна такая антитеза: ворюга или кровопийца; но одно не исключает другого. Когда ты столько наворовал, когда чуть ли не полмира находится у тебя в кармане, возникает пресыщение и искушение дальнейшего шага: от иметь — к быть или не быть. Это легко понять, если вспомнить Достоевского и его сверхпресыщенных персонажей типа Ставрогина или Свидригайлова, которые кончают самоубийством. Есть доля вместимости для человеческого духа, осваивающего земные сокровища, где-то ему хочется метафизически переступить эту последнюю черту, испытать себя на краю небытия. Вторая мотивация – это пандемия, которая стерла границы между жизнью и смертью, обнажила хрупкость бытия и приблизила смерть к каждому смертному, в том числе к суверену. Выяснилось, что при всем всемогуществе смерть – хозяйка в его доме, а сам он может отобрать у нее эту роль, лишь угрожая миру ядерным оружием. Желание возместить за унижение, перенесенное во время пандемии, оправдать свой страх, видимый всем, возможно, тоже побуждает к тому, чтобы принять столь активную позицию в отношении конца человечества.