Сергей Лукашевский, историк на организованной нашим тг-каналом дискуссии "Моя война“ - Как российское общество относится к своей ответственности за войну в Украине? рассказал о путях развития украинского и российского общества за последние двадцать лет и о информационном пузыре, в котором живут россияне. Развилка, после которой украинское общество пошло одним путем, а российское - другим, имела место не в 2014 году, а, на мой взгляд, как минимум в 2003-2004 годах. Когда в Украине произошла первая оранжевая революция, а в России примерно в это же время была установлена полная монополия Кремля над властью и политическим процессом. В 1990-е годы, когда демократические институты в России как-то работали, реакция общества на первую чеченскую войну была совершенно иной. Были и выступления, и нормальная работа прессы, и, в общем, общество совокупными усилиями заставило власть эту войну прекратить. Затем демократические институты были довольно быстро свернуты, и общество потеряло возможности опираться на какие-либо институциональные опции протеста. Дело не в том, что протест связан с риском, хотя это, безусловно, важно. Дело в том, что в российском обществе отсутствует политическая солидарность, отсутствуют общественные структуры, которые бы давали каждому гражданину ощущение того, что если выйдет он, то рядом выйдут другие. Несколько лет назад Алексей Навальный попытался вопреки авторитарному режиму, вопреки репрессиям и давлению, создать какую-то политическую структуру в России. Но мы знаем, что эта структура уничтожена. Навальный пережил отравление и теперь находится в заключении. Вопрос даже не в той цене, которую этот храбрый человек заплатил за свое противостояние авторитарной власти, а в невозможности создавать в России какие-либо гражданские структуры. В течение двадцати лет украинское общество крепло, в нем развивалось гражданское общество, а в России институциональная среда становилась все хуже и хуже. В тех небольших оазисах, где гражданские активисты имели возможность действовать, они достигали успеха. Тысячи человек, которые сразу, с 24 февраля, стали выходить на площади, протестуя против войны, - это та часть российского общества, которая выросла в оазисах другой политической культуры. Эта политическая культура - гуманистическая, она не приемлет политическое насилие, авторитаризм и отстаивает свободу. Но институциональных возможностей для оппозиционной деятельность сегодня в России нет. Есть только гражданская партизанская борьба. Кто-то тайно расклеивает листовки, активисты в отдельных точках пытаются отстаивать интересы граждан. Но в целом мы видим огромное пространство, полностью контролируемое Кремлем. Люди живут в информационных пузырях. Самый большой информационный пузырь - это пузырь российского телевидения. Хотя в действительность интернет устроен точно также. Не все, кто сегодня предпочитают телевидению интернет, способны видеть и находить реальную и правдивую информацию о том, что происходит в Украине, какие действия совершают в Украине российские войска. Даже если сейчас каким-то образом столкнуть среднего российского гражданина с подлинной информацией о событиях, то он скорее закроется от нее, поскольку он никаким образом не может на неё отреагировать. В действительности у людей есть некоторые базовые моральные ценности: убийство - это плохо, люди имеют право строить свою собственную жизнь и судьбу. Но когда для человека принять информацию как правдивую означает столкнуться с огромным путинским левиафаном, перед которым он не чувствует локти своих друзей и соседей, то он принимает решение уйти от этой информации и сделать вид, что он ничего не знает и что все хорошо. О том, что думают про ответственность российского общества журналисты из Украины и Грузии, смотрите в полной версии нашей дискуссии.