К сегодняшнему разговору про путинский фашизм (анонс тут, регистрация здесь, трансляция и впоследствии запись будет вот тут) — несколько цитат из статьи Олеси Захаровой в Ridl о том, как диктаторы прибегают к риторике угроз и о синдроме величия: Обязательной и самой яркой чертой любого диктаторского дискурса является риторика угроз и доминирование темы внешнего врага. Диктаторский режим во всем видит угрозу со стороны, а любые свои действия, даже агрессию в отношении других стран, представляет как защитные действия. Гитлер, например, «боролся со всемирным злом» — капитализмом и большевизмом, которые в его интерпретации олицетворяли евреи. У Каддафи в первые десятилетия у власти врагом выступал империализм в лице США и СССР. Однако позднее это не помешало ему начать сотрудничество с США, Британией и ЕС, несмотря на сохранение антизападной риторики. Мубарак тоже боролся против Запада, «распространяющего хаос и насилие, конфронтацию и насильственно нарушающего конституционную легитимность и атакуя ее». Саддам Хусейн обосновывал вторжения в Иран в 1980 году и в Кувейт в 1990-м тем, что эти страны фактически выражают интересы США. А США якобы стремятся уничтожить Ирак. Он отмечал, что нет разницы между тем, как ведет себя Иран, и как ведут себя США. Соответственно, это война против враждебно настроенных к Ираку США. И если не атаковать первыми, то США в лице Ирана нападут на Ирак. Читая речи Хусейна, трудно отделаться от мысли, что, возможно, Путин черпал вдохновение именно у иракского лидера. Сравните: «Сегодняшние события связаны не с желанием ущемить интересы Украины и украинского народа. Они связаны с защитой самой России от тех, кто взял Украину в заложники [подразумеваются США] и пытается использовать ее против нашей страны и ее народа. Повторю, наши действия — это самозащита от создаваемых нам угроз и от еще большей беды, чем та, что происходит сегодня». Все диктаторы претендуют на высокую миссию и величие своей страны. Но под страной они подразумевают себя, полностью отождествляясь с нею. Каддафи претендовал на мировое величие, называя Ливию матерью всех народов, и провозглашал, что поведет за собой сначала арабский, а позднее и весь африканский мир, а его режим станет моделью для остальных стран. Саддам Хусейн «спасал» не только Ирак, но и «все человечество», а Мубарак «бился» за свободу и достоинство человека, справедливость, равенство и, конечно же, за ценности семьи (как и Хусейн). Путин еще в 2013 году провозгласил Россию практически последним оплотом традиционных ценностей, которые, как позже пояснил председатель КС Валерий Зорькин, являются настоящими европейскими ценностями. Таким образом, согласно представлениям Путина, он спасает не только Россию, но и всю европейскую цивилизацию, и весь мир от «мирового господства» Запада, который «практически везде, во многих регионах мира, куда приходит устанавливать свой порядок», оставляет «кровавые, незаживающие раны, язвы международного терроризма и экстремизма». Вся эта пафосная риторика о борьбе за выживание народа, приправленная громкими и такими притягательными для людей словами о мужестве и героизме, позволяет прикрыть реальную картину событий. Эти слова вытесняют из поля зрения обывателей убийства, пытки и изнасилования мирных жителей, а репрессивная машина режима не дает закрепиться конкурирующим дискурсам.