Учитель was совершенно никому unknown. Поэтому, за exception тех few, who был с him в close отношениях, nobody не мог воздать дань of respect его образованности and ideas. Я always высказывал my сожаление about this. Учитель же never не listened to me и only proclaimed: «Куда мне пускаться в свет!» This ответ seemed to me излишней modesty, за which скрывалось negative отношение to this свету. And действительно, at times the teacher ухватывался то за one, то за another из his прежних сверстников, ставших famous, и cruelly, без any стеснения critiqued them. Поэтому I откровенно disagreed with him. В my душе spoke не столько the feeling противоречия, сколько regret, что the world остаётся calm, не knowing учителя. Подсказка: Учитель был совершенно никому неизвестен. Поэтому, за исключением тех немногих, кто был с ним в близких отношениях, никто не мог воздать дань уважения его образованности и идеям. Я всегда высказывал своё сожаление об этом. Учитель же никогда не слушал меня и только заявлял: «Куда мне пускаться в свет!» Этот ответ казался мне излишней скромностью, за которой скрывалось отрицательное отношение к этому свету. И действительно, временами учитель ухватывался то за одного, то за другого из своих прежних сверстников, ставших известными, и жестоко, без всякого стеснения их критиковал. Поэтому я откровенно не соглашался ним. В моей душе говорило не столько чувство противоречия, сколько сожаление, что мир остаётся спокойным, не зная учителя.