Эту статью о Михаиле Горбачеве я написал к его 90-летнему юбилею. И сейчас могу только подписаться под каждым словом: как ни странно, но они стали даже актуальнее. Детские воспоминания: какой-то бубнеж в телевизоре, аплодисменты, много непонятных слов, длинные речи. Горбачев, да. Это уже потом станет понятно, что так умирала самая большая страна в мире, подготовленная к этому не взрыву, но всхлипу всей историей своего существования. И Горбачев стал – кем? Ее могильщиком? Акушером новой России? Да нет. Все гораздо проще, без пафоса: человеком, который, к счастью, оказался просто человеком. Справился, как сумел: кто может – пусть попробует лучше. Оглядываясь назад, туда, в детство (мне было только 5, когда Горбачев возглавил страну), видишь теперь много интересного. Он ведь был первым и последним из генсеков, кто родился в СССР, а не в империи. И как же странно, что этот единственный оказался и последним. Закончил Холодную войну, согласился на Перестройку, объявил гласность… Самый интересный вопрос: а мог ли иначе? Представим, что на фоне полного отсутствия в магазинах штанов и колбасы пошел бы на коммунистический принцип – и до конца, до последнего человека. Что бы случилось тогда? Прорвался бы к власти либеральный ГКЧП, арестовали бы генсека в Форосе, появился бы Ельцин в телевизоре с трясущимися руками? Кто знает. В любом случае, тогда на исходе Союза мир был довольно понятен: если вот эти упыри против Горбачева – значит, что-то он сделал правильное. Ну, или просто оказался достаточно человеком, чтобы восстановить против себя упырей. В принципе, сейчас, по прошествии 30 лет, этого уже достаточно. Потому что упыри вернулись, проведя работу над ошибками. И никто уже не поедет в тот же Форос на переговоры. Не с кем больше переговариваться, тут все – их. Оставим в стороне пока большую историю. Посмотрим на маленькую, личную, частную. Уж если заговорили об СССР – помните его вождей? У всех у них была не личная жизнь, а то стыдная тайна, то зубодробительная мука. Добирались до самой верхушки, выгрызали друг другу горла – за это время полностью теряли человечность, простую способность любить. Да и сейчас самый большой путинский секрет, одна из швейного набора кощеевых игл – его семья. От кого там какие дети, кто они, где они – не дай бог признаться. И на этом фоне Горбачев стоит где-то в стороне, прекрасной стороне, где не нужно мучить других и мучиться самому. Вот он, вот его Раиса Максимовна – и все просто, понятно и радостно. Этого мало для политика? Но этого достаточно для человека. И оказывается, что именно-то людей среди генсеков и президентов острая нехватка. Было бы глупым мне сейчас пытаться судить о Горбачеве как очевидцу тех лет. Из меня – ребенка – плохой очевидец. Можно лишь перебирать воспоминания современников, смотреть сериал про «Чернобыль» да слушать рассказы о том, кто и какие решения принимал. Мог ли принять другие? Изнутри истории это всегда видится иначе, чем снаружи, по прошествии многих лет. Зато отсюда, из нашего 20-го года, ясно видны совсем другие константы. Та самая человечность. Она остается физической постоянной вне зависимости от того, идет Холодная война или нет, падает ли Берлинская стена или стоит. И как-то так получается, что в России у правителей за последние сто лет был острый недостаток этой самой человечности. Просто представьте, что Путину с одной стороны ставят шапку Мономаха, а с другой - Алину. Куда пойдет диктатор? Да, вы знаете. Все так. Или Лукашенко: с одной стороны сын Коля, а с другой стороны скипетр-автомат с подствольным метателем держав. Что возьмет? Тоже правильно. За власть они будут цепляться до последнего, жертвуя ради нее всем. А уж какими-то там людьми – это в первую очередь.