В видении процесса политической борьбы в СССР Геббельс оказался более реалистичным, чем его шеф, и не дал затуманить свое мышление примитивной конспирологической моделью: «Я не могу согласиться с Гитлером в вопросе о Троцком. Он не верит в противостояние Сталин — Троцкий и считает, что это все еврейский заговор, чтобы перетащить Троцкого в Германию и поставить во главе КПГ». Геббельс становится почитателем Сталина: «Штеннес говорит, что я Сталин движения, который оберегает чистоту идеи. Я не Сталин, я им стану. Идея должна быть чиста и бескомпромиссна».
Как мы убедились, русская тема была одной из ключевых для Геббельса в Веймарский период, причем как в дневниковых размышлениях, так и в политической пропаганде.

Читать: http://amp.gs/rOSB