Украинский кризис – классическая дилемма безопасности Часть 1 27 декабря, и Россия, и Украина выступили с призывами к прекращению войны, но каждая из сторон выдвинула не подлежащие обсуждению условия, заведомо неприемлемые для другой стороны. Министр иностранных дел Украины Кулеба предложил провести «мирный саммит» в феврале под председательством генсека ООН, но с предварительным условием – прежде Россия должна предстать перед международным судом за военные преступления. Глава российского МИД Лавров выдвинул пугающий ультиматум: Украина должна принять российские условия мира, либо «вопрос будет решен российской армией». Существует ли способ понимания этого конфликта, который учитывал бы позиции всех сторон и мог бы вывести нас за рамки односторонних предложений, служащие лишь дальнейшей эскалации? На самом деле кризис на Украине является классическим случаем того, что специалисты по международным отношениям называют «дилеммой безопасности», и это дает возможность взглянуть на него более объективно. Дилемма безопасности – это ситуация, в которой каждая из сторон предпринимает действия для собственной защиты, которые другая сторона рассматривает как угрозу. Поскольку наступательные и оборонительные вооружения и силы часто практически неразличимы, наращивание оборонительной мощи одной из сторон может легко быть воспринято другой стороной как подготовка к наступлению. Каждая сторона реагирует на действия оппонента, и в результате создается спираль милитаризации и эскалации, несмотря на то что каждая из сторон настаивает и даже искренне убеждена, что ее действия носят оборонительный характер. В случае с Украиной это происходит на разных уровнях, как между Москвой и Киевом, так и в более широком геополитическом масштабе между Россией и Соединенными Штатами/НАТО. Сама суть дилеммы безопасности состоит в отсутствии взаимного доверия между сторонами. Во время холодной войны между СССР и США, карибский кризис послужил тревожным звонком, который вынудил обе стороны начать переговоры о контроле над вооружениями и защитными механизмами, которые ограничивали бы эскалацию, несмотря на глубокий уровень недоверия. После окончания холодной войны Москва и Вашингтон сотрудничали в деле сокращения ядерных арсеналов, но впоследствии Соединенные Штаты постепенно вышли из целого ряда договоров о контроле над вооружениями, нарушили свои обещания не расширять НАТО на восток и применили военную силу такими способами, которые прямо нарушали запрет Устава ООН на «угрозу силой или ее применение». Лидеры США утверждали, что международный терроризм в сочетании с распространением оружия массового уничтожения дает им право вести «превентивную войну», но ни ООН, ни какая-либо другая страна никогда не соглашались с этим. Агрессия США в Ираке, Афганистане и других местах вызвала тревогу у людей во всем мире и даже у многих американцев, поэтому не приходится удивляться, что Москва была особенно обеспокоена ростом американского милитаризма. По мере того, как к НАТО присоединялись страны Восточной Европы, в регионе формировалась классическая дилемма безопасности. Президент Путин начал использовать международные форумы, чтобы остановить расширение НАТО, настаивая на том, что необходима новая дипломатия, которая обеспечила бы безопасность всех стран Европы, а не только тех, которые получили предложение вступить в НАТО. Бывшие страны Варшавского блока присоединялись к НАТО из опасений возможной российской агрессии, но это лишь усиливало подозрения Москвы по поводу планов агрессивного военного альянса, приближающегося к ее границам. Агрессия США на Ближнем Востоке и абсурдные заявления о том, что американские системы ПРО в Польше и Румынии призваны защитить Европу от Ирана, не могли не тревожить Россию. Выход США из договоров о контроле над ядерными вооружениями усилил опасения по поводу того, что новое поколение ядерного оружия разрабатывается для того, чтобы дать США возможность первыми нанести ядерный удар по России. Часть 2