Китай откажется от потребления газа и нефти? Чем это грозит России. Китай ещё в конце 2020 года заявил в ООН о снижении потребления газа на 75% к 2060 г. Причина проста: Пекин стремится сократить вредные выбросы в атмосферу (на него приходится около 40% выбросов). Поэтому за счёт Китая РФ явно не сможет возместить объёмы, выводимые из Европы. Вот только сможет ли Китай отказаться от ископаемых источников топлива? По плану доля неископаемых источников в общем объёме потребления энергии через 10 лет достигнет 25%, а установленная мощность ветряной и солнечной генерации составит 1200 ГВт. При этом основой китайской энергетики является уголь – на него приходится около 60% потребления ТЭС. Китайское правительство в июне 2020 г. рекомендовало производителям увеличить потребление возобновляемых источников энергии (ВИЭ) – ветровой, солнечной и т.д. Однако в том же году в КНР продолжалось строительство 184 энергоблоков угольных электростанций общей мощностью почти 100 ГВт. Но в то же время доля «зелёной энергетики в КНР не так уж мала. На начало 2022 г. мощности электростанций Китая составляли 2,38 млрд кВт (первое место в мире), в том числе: тепловые электростанции (ЭС) — 1,30 млрд кВт (54,5% установленных мощностей); гидроэлектростанции — 0,39 млрд кВт (16,4%); ветровые ЭС — 0,33 млрд кВт (13,8%); солнечные ЭС — 0,31 млрд кВт (12,9%); атомные — 0,05 млрд кВт (2,2%). В сфере возобновляемой энергетики тоже есть свои проблемы: для достижения нулевых выбросов к 2060 году и компенсации угольной генерации Китаю потребуется ежегодно подключать к сети от 80 до 115 ГВт солнечных панелей и от 35 до 45 ГВт новых ветряных электростанций. К 2060 г. объём солнечной и ветряной энергии должен достичь как минимум 2200 ГВт и 1700 ГВт соответственно. Вместе с тем, если посмотреть на динамику ввода в строй новых мощностей за последние 5 лет, в среднем в Китае ежегодно устанавливалось лишь около 35 ГВт солнечных и 23 ГВт ветряных мощностей, что пока не дотягивает до необходимых показателей. Параллельно необходимо решать вопросы балансирования непостоянной солнечной и ветряной энергии. В случае ускоренного расширения генерации из новых источников энергии, Китаю уже в 2030 г. потребуется более 300 ГВт аккумулирующих мощностей, однако текущие планы предполагают строительство лишь 34 ГВт к этому сроку. Таким образом, Китай рискует попасть в вилку между возрастающими потребностями в энергии бурно развивающейся промышленности и невозможностью быстро возместить их за счет ВИЭ. Впрочем, это не означает, что переход на ВИЭ невозможен в принципе: КНР поставила перед собой амбициозную задачу и, несомненно, будет работать на её выполнение. Что делать в этой ситуации России? Надеяться на то, что Китай никогда не сможет ничем заместить российские энергоносители не стоит: слишком велик риск. Ставку надо делать не на «неспособность Китая», а на переход от сырьевой к индустриальной экономике. России необходима «Новая индустриализация». В противном случае варианта у нас два: 1. Если Китай не сможет перейти в обозримой перспективе к ВИЭ, он сделает всё, чтобы Россия превратилась в сырьевой придаток китайской экономики. 2. Если переход будет осуществлён, то с учётом потери энергетического рынка ЕС российскую экономику ждёт крах. Перспективы обоих вариантов не радужные и мало чем отличаются друг от друга. Наши пропагандисты ликуют по поводу того, что отказавшись от нашего газа «Европа выстрелила себе в ногу». Отказываясь от «Новой индустриализации» мы стреляем себе в голову.