А вообще давайте поговорим о футболе, политике и их страстном союзе Зима 2022 года. Аргентина. За прошедший год потребительские цены в стране выросли на 95%. Всё лето в Аргентине проходили митинги из-за роста стоимости жизни. Всё довольно скверно, и уже давно. Но 18 декабря вся страна собирается у экранов, чтобы посмотреть трансляцию футбольного матча, проходящего в Катаре. Там Аргентина выигрывает в финале Чемпионата мира, а национальный герой — Лионель Месси — забивает дубль. Наступает эйфория, страна погружается в бурное празднование, которое продолжается несколько недель. Образ Месси всюду — на окнах и стенах, ему посвящают песни и картины, миллионы людей высыпают на улицы, чтобы увидеть вернувшегося из Аравии кумира. Это не страна, в которой когда-то родился Месси. Это страна и есть Месси. Пока он играет, престиж Аргентины непоколебим. 1978 год. Аргентина. Власть в стране принадлежит кровавой хунте. Генералы решительными рейдами выкорчевывают остатки партизанских отрядов, по всей Аргентине исчезают люди. Военные опрокидывают национальную экономику в бездну. Конца этому не видно. И тут из сердца тьмы пробивается свет. 25 июня 1978-го года на Эстадио Монументаль в Буэнос-Айресе аргентинские футболисты впервые выигрывают главный футбольный турнир планеты — Чемпионат Мира. Страна вдруг объединяется вокруг политического режима, при котором так победоносно прошел домашний ЧМ. Триумф "иудео-христианской цивилизации", о котором говорили генералы последние годы, наконец обрел понятную народу форму. На волне победы на Мундиале аргентинской хунте удалось продержаться у власти еще несколько лет. Вплоть до Фолклендской войны. Футбол и политика в Аргентине неразрывны до такой степени, какая возможна только в Латинской Америке. Футбол там является частью политической системы, и всё, что начинается как чисто спортивный вопрос, в Аргентине быстро становится политизированным. Аргентинские политики в совершенстве освоили искусство манипулирования общественным мнением с помощью спорта. Они спонсируют футбольные клубы, руководят ими, регулярно посещают матчи. Крупные клубы Аргентины зачастую аффилированы с той или иной партией, и в период выборов спортивное противостояние обретает особенно яростный характер. Президент Хуана Перона, естественно, сыграл в становлении этой традиции важнейшую роль. Поскольку рядовой аргентинец это почти всегда футбольный болельщик, пренебрегать его мнением патриарх аргентинского популизма просто не мог. Перон постарался выстроить тесные связи со спортивной системой, и преуспел больше всего с клубом “Бока Хуниорс” — самой популярной командой в стране. Фанаты “Боки” боготворили своего покровителя, горланили лозунги вроде "Бока, Перон, одно сердце", а Перон в ответ называл себя “первым спортсменом” клуба. Перон основал популярнейший спортивный журнал Mundo Deportivo, лучшей политической трибуной считал футбольный стадион, а лучшим инструментом политического рекрутирования — футбольные академии. За них отвечала его знаменитая жена Эвита. Перон присваивал себе все спортивные успехи национальной сборной, вплоть до того, что медали, полученные при Пероне, назывались медалями Перона. А когда Аргентина не была фаворитом, он просто не отпускал национальную сборную на турнир. В благодарность за финансовую поддержку Ассоциация футбола Аргентины поддержала кандидатуру Перона на выборах. Спорт вне политики? Ну, Хуан Перон вряд ли считал, что хоть что-то может быть вне политики. Перонистский режим впервые спаял спорт с властью в единую систему и заложил основу для использования футбола в качестве политического инструмента будущими правительствами — например, аргентинской хунтой во главе с генералом Хорхе Виделой, которая увидела в домашнем чемпионате мира по футболу 1978 года блестящие политические выгоды.