В стратосфере, всеми забыта, сучка лает, глядя в иллюминатор. «Шарик! Шарик! Приём. Я — Жучка». Шарик внизу, и на нём экватор. Как ошейник. Склоны, поля, овраги повторяют своей белизною скулы. Краска стыда вся ушла на флаги. И в занесённой подклети куры тоже, вздрагивая от побудки, кладут непорочного цвета яйца. Если что-то чернеет, то только буквы. Как следы уцелевшего чудом зайца.