​​История о том, как я запугивала людей и мечтала о Стивене Кинге

Внезапно до меня дошло, что Стивена Кинга я полюбила задолго до того, как прочитала его первую книгу. Я любила его как идею, как моё представление о золотом стандарте романа. Кто-то с детства мечтал об идеальной свадьбе, а я об идеальном творце (и еще немного о Кевине Костнере, но сейчас не об этом).

Дело было так. Поехала я как-то на лето в лагерь. Наша палата для девочек была образца “казарма”, то есть нас в ней было 24 человека. Нам было норм: шумно и хохотательно. Чтобы справиться с этим буйством юности, вожатые вечером объявили конкурс - в какой палате первой будет режим “тишина”, той перед сном читают книгу. (это было в то время, когда слова “интернет” еще никто не знал). Соседняя палата, как бы мы ни старались, всегда побеждала.

Однажды мне это надоело, я села на спинку своей крови и сказала: «Хотите, я расскажу вам страшную историю? Я прочитала ее в книге, но не помню автора и название». Никакой книги не было, но я знала, что эффект будет сильнее, если сказать, что это выдумал и написал кто-то большой и взрослый. Девчонки согласились.

Каждый вечер перед сном я вываливала на свою палату концентрат из накопившихся за годы детства страхов, все фантазии, что мучили меня в мутную бессонницу, когда не удавалось уснуть раньше родителей. Тишина у нас теперь была образцовая. Соседняя палата завидовала, а к нашим вожатым приходили вожатые из соседних отрядов, пытаясь взять меня в аренду на пару вечеров. В моей тумбочке всегда была куча конфет и всякой еды. Я не просила, мой народ сам с радостью донатил меня почти каждый вечер и особенно после родительских дней.

Своего первого Стивена Кинга я прочитала спустя года 4. Это было “Оно”. Это было оно! То, что я подсознательно ждала и искала все годы после своих ночных рассказов.

П.С. Приехав домой, я решила записать всё, что насочиняла в лагере. Насмерть себя перепугала, вообще перестала спать. Дала почитать маме, она вернула тетрадь и сказала: “Очень страшно. Подумай, стоит ли продолжать”. Я до сих пор уверена, что мамины слова спасли меня, как минимум, от нервного срыва.
Писатель из меня не получился, но, кажется, получился неплохой читатель.

П.П.С. Воспоминания навеяны книгой «Чужак». Люблю тебя, Стивен.