Бовт: «Спутник» был бы неким прорывом — хоть что-то хорошее у нас есть в отношениях с Европой»

Путин провел переговоры с Макроном и Меркель. Был поднят вопрос о перспективах регистрации российской вакцины в ЕС, а также о возможных поставках и совместном производстве этого препарата. Комментирует политолог Георгий Бовт:

«Лидеры трех стран не разговаривали по телефону с начала прошлого года на тему Украины, поэтому было вполне логично ожидать, что это состоялось. Мне кажется, что на самом деле Украина была главным моментом, если говорить о негативных темах.

А что касается «Спутника V», то Европейское агентство по медпрепаратам приняло в начале марта методы ускоренного рассмотрения, как, впрочем, оно все вакцины рассматривало. Поскольку в этом агентстве, судя по некоторым заявлениям его руководителей, к «Спутнику» отношение более чем скептическое, то, наверное, понадобился какой-то политический ресурс. Но в принципе «Спутник» был бы неким прорывом хотя бы в отношениях — хоть что-то хорошее у нас есть в отношениях с Европой. Вопрос вакцины политизирован, но он также политизирован в отношении AstraZeneca, про которую одни страны, Великобритания и Швеция, которые ее разработали, говорят, что она хорошая, а другие — что она плохая. Тут тоже есть момент политизиации, поскольку эта вакцина изобретена в стране, которая вышла из Евросоюза.

По «Спутнику», я думаю, есть чисто бюрократические зацепки к проведению испытаний и протоколам этих испытаний. Европейцы не хотят делать снисхождение для российского «Спутника», хотя, может быть, будь он американским, они бы эти снисхождения сделали по хорошо известному нам принципу: друзьям все, а врагам — закон. Мы для ЕС сейчас типа врагов. А что касается обеспечения вакциной, то у них есть ресурсы обеспечить теми вакцинами, которые они одобрили, самих себя. «Спутник» тут может помочь, но они эту помощь не хотят принимать, потому что считают, что политические издержки от такой помощи от России не стоят того».

Комментируя пункт обсуждения ситуации с Навальным, Георгий Бовт полагает, что если в его судьбе что-то изменится в положительную сторону, то только потому, что его судьбу обсуждают такие люди, как Меркель и Макрон. «Какое-то снисхождение в будущем, не сейчас, а через какое-то время, даже, возможно, его досрочное освобождение, может произойти только в рамках широкой сделки с Западом. Если Запад будет постоянно ставить вопрос, то им, может быть, удастся этого добиться, но им придется сильно торговаться по этому вопросу, — считает политолог. — Это будет примерно так же, как с Надеждой Савченко, зависит от упорства западных лидеров и их готовности пойти на какие-то встречные шаги по отношению к России. То есть это должен быть более широкий компромисс и более широкая сделка».