Московское издание Individuum перевело и издало чудные мемуары Вернера Херцога – живого классика кинорежиссуры, постановщика опер, писателя и путешественника. Снял он за свою долгую жизнь множество художественных фильмов, среди которых любимый Линчем «Агирре, гнев божий» и, например, ремейк «Носферату», и, помимо этого, за его спиной ещё больше фильмов документальных. Причём интересы у режиссёра широчайшие, от жизни исторических личностей и этнографических зарисовок до съёмок лабораторий NASA. Это далеко не первая книга Херцога, так что писательский слог его давно отточен. В свободной от классических структур манере он погружается в свою память, не слишком-то стесняя себя следованию хронологии. И действительно, иногда яркие события отзываются в жизни на протяжении многих лет, отражаясь в творчестве. Кажется, что насыщенная жизнь режиссёра целиком состоит из событий, вырывающих его из ткани профанного. Наверное, иначе и быть не может. Вернер Херцог известен своими эксцентричными проектами и безумными идеями, которые постоянно уносили его и съёмочную команду из границ обжитого. Большая часть мемуаров посвящена путешествиям по отдалённым от цивилизации местам – Африки и Южной Америки, так что периодически в книге ощущается что-то от литературы вроде той, что писал Джеральд Даррелл. Индейцы, перевороты, горные лавины, опасности на каждом шагу. Бесконечная любознательность, любовь к миру, природе, а иногда даже и к людям пронизывает всё творчество режиссёра. Отдельно на себя обращает внимание описания специфического сакрального опыта Херцога и то, как он отражался в фильмах. К примеру, чудесный опыт наблюдения в юности долины с тысячью ветряных мельниц был осмыслен им в фильме «Признаки жизни». И такого в мемуарах много – жизнь Херцога полна откровений. Размышления над природой памяти и мифологического привели режиссёра к неприятию «cинемá веритé» и подобных взглядов на искусство. И действительно – нет ничего глупее, чем снимать, «так как было на самом деле». Реальность искусства – всегда экстатическая реальность мифа. Творческий метод режиссёра далёк от академического, он – самоучка, фильмов почти не смотревший, и его всегда влёк случай, импровизация природы. Куда меньше внимания уделяет Херцог своей личной жизни, хотя и она крайне интересна. Его последняя жена – Елена Писецкая, родом из Екатеринбурга, младше режиссёра на 28 лет, участвовала во многих его проектах. Книга подчас забавная, подчас очень глубокая и чуткая, и неизменно интересная. Читается на одном дыхании, я лично за два дня запоем прочитал. Вернер Херцог – невероятная личность, чей творческий потенциал до сих пор (а ему уже девятый десяток) бьёт ключом. С самых малых лет до сегодняшнего дня, на протяжении 80 лет мир не отпускает своего сына, не давая ему состариться. Жизнь, настоящая жизнь, полная деятельного созерцания, и есть творчество. Так долгих же лет творчества, дорогой Херцог.