Сегодня ровно год без Александра Рогожкина — русского народного режиссера. Автора «Особенностей национальной охоты», миролюбивой «Кукушки», ироничной «Игры». Рогожкин стоял у истоков «Убойной силы», а также именно он ставил самые первые серии «Улиц разбитых фонарей». Ну, те самые, которые все любят. Среди них и нуар-манифест «Целую, Ларин», миниатюра о непростой жизни мента. Монолог Ларина на подоконнике с видом на набережную Невы — один из наиболее узнаваемых образов российского ТВ того периода. Тут все здорово: и музыка Андрея Сигле, и невероятная грусть в жестах Алексея Нилова. Так вышло, что год назад я уже писал текст про Рогожкина и его героев. Процитирую сам себя: «В конце 1990-х «Улицы разбитых фонарей» без какого-либо заказа «сверху» провели воспитательную работу со зрителем, доходчиво объяснив, почему милиция вызывает не уважение, а снисходительную горькую ухмылку».