С годами личность Бориса Акунина полностью заместила личность Григория Чхартишвили. Последний — автор очень чувственных переводов Мисимы на русский, кавалер ордена Восходящего солнца, прожжённый советский интеллектуал. Первый — автор заметно испорченной к концу «Фандориниады», ряда мистификаций разной степени величественности («Ф.М» и книги несуществующего писателя Брусникина), очень спорной «Истории российского государства». В интервью Дудю этот момент красиво очертился через… Никиту Михалкова. В годы выпуска экранизации «Статского советника» общество было не такое полярное, что ли. Михалков ещё не сошел с ума, Акунин ещё не уехал в UK на ПМЖ. Чубайс ещё казался политической силой, а Гайдар — ещё не был историей. И все эти люди между собой разговаривали. Нормально, без ломания стульев и дикого воя. Спорили, соглашались, наверняка вместе выпивали. Сегодня Акунин — патентованный политический изгнанник со всеми характерными, обаятельными и не очень, признаками. Михалков — безвозвратно постаревший бесогон.